Гуменнику аплодировали даже болельщики с украинскими флагами: русская «космическая» разминка в Милане перед главным стартом
Олимпийский каток в Милане 12 февраля формально отдыхал от официальных стартов, но по атмосфере это был почти полноценный соревновательный день. Вместо прокатов за медали – платная открытая тренировка одиночников и спортивных пар. Зрители выкупали билеты по 30 евро только ради того, чтобы несколько часов подряд наблюдать за «обычной» работой фигуристов. В результате два яруса трибун оказались практически забиты, свободных мест было минимум, а тренировка превратилась в полноценное шоу.
Одним из главных героев дня стал Петр Гуменник – российский одиночник, уже откатавший короткую программу и впервые вышедший на олимпийский лед в статусе претендента на финал Игр. Для многих это была уникальная возможность увидеть, в каком состоянии он подходит к развязке турнира, и Петр этим шансом воспользовался максимально.
Особый интерес вызывала не только техника Гуменника, но и состав его разминки. На тот же лед вместе с ним вышел украинский фигурист Кирилл Марсак – тот самый, который ранее публично признавался, что ему неприятно делить площадку с россиянином. На этом фоне совместная тренировка вполне могла превратиться в источник лишнего напряжения. Однако на практике все оказалось куда спокойнее: каждый занимался своим делом, спортсмены демонстративно не пересекались и не пытались вступать ни в какие контакты, полностью сосредоточившись на собственных элементах.
На трибунах в этот момент за происходящим внимательно наблюдала и Елизавета Туктамышева. Чемпионка мира работает на Олимпиаде в новом для себя амплуа – корреспондента, но от профдеформации никуда не деться: зрительский интерес быстро перешел в профессиональный. Лиза, не скрывая эмоций, следила за разминкой Петра, комментировала для коллег его элементы и щедро награждала прыжки аплодисментами. Тем более что прошлым летом в сети активно обсуждали слухи о возможных отношениях между Туктамышевой и Гуменником – это только добавляло интриги в их каждый совместный «кадр».
Главная же интрига для специалистов и болельщиков была в другом: что именно Петр покажет в техническом плане за день до решающего старта. Ответ оказался предельно убедительным. Гуменник вышел на лед в состоянии, которое смело можно назвать пиком формы. За одну тренировку он продемонстрировал сразу пять четверных прыжков: четверной лутц, четверной флип, четверной риттбергер, а также два каскада – четверной сальхов – тройной тулуп и четверной сальхов – двойной аксель – двойной аксель. Для олимпийского льда такой набор – почти вызов соперникам: это контент уровня «максимум риска».
Помимо «квадов», у Петра уверенно шли и тройные: получился чистый тройной аксель, а также каскад тройной лутц – тройной риттбергер. Для одиночников сегодня это базовый, но все равно крайне непростой набор, особенно если учитывать общую нагрузку и психологическое давление олимпийского турнира.
Не обошлось и без обсуждений деталей, которые всегда волнуют экспертов: идеальны ли были вращения в воздухе. Американский журналист Джеки Вонг, известный тем, что пересмотрел тысячи прокатов и дотошно относится к степеням докрута, усомнился, что все прыжки были выполнены без малейших недокрутов. По его оценке, в нескольких попытках, возможно, имелись моменты, способные вызвать у судей желание чуть снизить уровни. Но даже с учетом потенциальных микроснижения за «q» или недокруты базовый контент Гуменника остается сверхмощным – в современном фигурном катании такой «арсенал» есть у считаных одиночников.
Особенно показательно было то, как реагировали зрители, многие из которых изначально пришли поддержать украинского спортсмена. На трибунах было заметно немало людей с украинскими флагами, шарфами, атрибутикой – казалось бы, их эмоциональный фокус должен быть направлен исключительно на Марсака. Но после проката Гуменника под музыку, когда Петр связал сложнейшие элементы в цельный тренировочный «мини-прокат», аплодисменты поднялись со всех секторов арены. Люди с украинской символикой аплодировали наравне с остальными.
В этом моменте – суть того, что делает спорт по-настоящему большим. При всем политическом и человеческом фоне последних лет, когда любое пересечение представителей разных стран нередко обрастает лишними смыслами, красота фигурного катания все равно пробивается сквозь напряжение. Когда спортсменвыходит на лед и выполняет каскад с двумя акселями после четверного, зал забывает обо всем, кроме чистой сложности и мастерства.
Для самого Петра подобная реакция трибун – важный психологический сигнал перед финалом Игр. Открытая тренировка – не соревнование, но это все равно публичное выступление под давлением, с наблюдением журналистов, тренеров, функционеров, возможных соперников и будущих судей. Если в таких условиях удается не просто «откатать набор элементов», а собрать их в яркий показ, вызывающий аплодисменты даже от потенциально нелояльной публики, это прибавляет уверенности перед решающим стартом.
Еще один любопытный аспект – формат самой тренировки. Для рядового зрителя фигурное катание обычно ассоциируется исключительно с красивыми программами, костюмами и музыкой. Но в Милане людям предложили заглянуть по ту сторону блеска – посмотреть на то, как рождаются эти самые программы. Часами видеть одни и те же заходы, срывы, повторы, жесткие разговоры тренеров и спортсменов, моменты, когда после неудачи фигурист возвращается на круг и делает попытку еще раз. В обычной жизни такая «изнанка» скрыта от широкой аудитории, сегодня же она была выставлена напоказ и неожиданно вызвала ажиотаж. Полные трибуны на тренировке – мощное напоминание о том, что болельщики хотят понимать спорт глубже, чем рамки телевизионного эфира.
Для специалистов разминка Гуменника в Милане стала и поводом обсудить перспективы фигуриста на ближайшие сезоны. Набор из лутца, флипа, риттбергера и сальхова в четвёрном исполнении – это уже не «разовый трюк под Олимпиаду», а заявка на стабильное присутствие в элите. Если такие элементы будут переходить не только в тренировку, но и в сопоставимое по сложности соревнование, Петр может претендовать на лидирующие позиции в мужском одиночном катании на международном уровне в ближайшие годы.
Нельзя не отметить и то, как грамотно была выстроена его работа на льду именно в этот день. Он не пытался постоянно «рвать потолок» и каждую попытку превращать в борьбу на выживание. Тренировка была выстроена волнами: максимальная нагрузка на квадовый контент, затем откатка «базы» – тройных, работа над скольжением, дорожками шагов, взаимодействием с музыкой. Для зрителя это выглядело как мини-программы, периодически прерываемые техническими блоками. Для тренеров – как идеальный пример того, как должен выглядеть финальный этап подготовки к решающему старту.
Особое внимание привлекли и каскады Гуменника с двойным акселем в конце. Комбинация четверной прыжок – два акселя подряд – это не только высший пилотаж с точки зрения сложности, но и серьезная проверка на выносливость и контроль тела в финальной части программы. На Олимпиаде, когда решают десятые доли балла, подобные каскады могут стать тем самым элементом, который перевесит чашу весов.
Для болельщиков из России тренировка в Милане дала главное – ощущение, что перед финалом Игр у национального фигуриста все под контролем. Да, возможны недокруты. Да, в реальном старте давление выше, чем на открытой разминке. Но общий уровень готовности, набор прыжков и уверенность, с которой Гуменник работает на олимпийском льду, позволяют рассчитывать не просто на достойное участие, а на борьбу за высокие места.
И наконец, символичным кажется сам факт, что одним из самых ярких эпизодов этого дня стало не молчаливое противостояние на льду, а аплодисменты, которые объединили разных болельщиков. В спорте можно не разделять взгляды друг друга, можно не общаться и не пожимать руки, но в тот момент, когда фигурист делает четыре оборота в воздухе и приземляется на чистый выезд, зал отвечает на это одинаково – стоя. Именно это и произошло в Милане, где Петр Гуменник накануне финала Игр показал, что космическая сложность его программ способна на время сделать главным не политику, а искусство катания.