Гуменник за две недели до Олимпиады установил рекорд России в короткой программе. Почему его оценка вызвала споры
Фигурист Петр Гуменник менее чем за полмесяца до старта Олимпийских игр выдал лучший короткий прокат в карьере и побил российский рекорд в мужском одиночном катании. Сделал он это не на громком международном турнире, а на всероссийских соревнованиях памяти Петра Грушмана в Санкт-Петербурге. Формально это скромный старт без серьезного статуса, но именно там ему поставили 109,05 балла — оценку, которой до этого не добивался ни один российский одиночник.
При этом вокруг результата сразу возникла дискуссия: где заканчивается реальный прогресс спортсмена и начинается «домашняя» судейская поддержка? И что именно дает такие баллы: содержание программы, качество катания или все же мягкость арбитров?
Турнир без интриги, но с важной задачей
Сейчас мировое фигурное катание живет подготовкой к Олимпиаде. В разных странах прошли национальные чемпионаты, определились составы сборных, сильнейшие фигуристы отправились на континентальные первенства оттачивать готовность перед главными стартами четырехлетия.
Российские одиночники находятся в особом положении: в Милан поедут только двое, да еще и без текущего международного рейтинга и большого опыта выступлений на крупных зарубежных турнирах. В таких условиях набрать соревновательный тон, отточить программы и восстановить уверенность можно лишь за счет внутренних стартов.
Именно поэтому Гуменник и принял решение за две недели до Олимпиады выйти на лед в Санкт-Петербурге. Турнир памяти Грушмана не предполагал острой борьбы или психологического давления — в мужском одиночном участвовали всего восемь спортсменов, и только Петр представлял основной состав сборной страны. Для него это был в первую очередь «контрольный прокат под судьями», возможность проверить новые решения и подсветить проблемы, которые еще можно успеть исправить.
Ставка на максимальный контент
Несмотря на локальный статус турнира, фигуристы не стали экономить силы. Многие сознательно пошли на предельную сложность, чтобы протестировать контент, который собираются использовать в дальнейшем.
Вернувшийся после длительного перерыва Игорь Ефимчук рискнул включить в короткую программу четверной тулуп. Прыжок он не выдержал: падение на выезде с элемента сильно сказалось на оценке. В итоге Ефимчук оказался лишь на пятой позиции по итогам короткой программы.
Илья Строганов подошел к старту еще смелее — он сразу заявил два старших четверных: лутц и риттбергер. На лутце Илья коснулся льда рукой, потерял каскад и вынужден был «пересобирать» заявленный план — тройной тулуп пришлось цеплять уже к риттбергеру через тройку. После этого случилась еще одна ошибка: падение на тройном акселе не позволило удержаться на высоком уровне. Его 74,22 балла хватило только для третьего места.
Над ним расположился Семен Соловьев. В отличие от соперников, он не стал усложнять программу и выбрал привычный проверенный набор элементов: тройной аксель, четверной тулуп и каскад тройной лутц — тройной тулуп. Без излишнего риска и за счет аккуратного исполнения и качественных непрыжковых элементов Соловьев набрал 88,53 балла, что позволило занять промежуточное второе место.
Атмосфера вокруг Гуменника: домашний лед и максимум внимания
Несмотря на рабочий статус соревнований и дневное время прокатов, трибуны петербургского катка были далеко не пустыми. Зрители пришли в первую очередь ради Гуменника — его появление на льду встречали особенно громко еще во время разминки.
Петр выглядел уверенным и собранным, без заметного волнения. Короткая программа прошла у него без срывов, хотя назвать прокат идеальным тоже нельзя. Стартовый каскад четверной флип — тройной тулуп получился чистым и внушительным: здесь судьи практически не к чему могли придраться.
А вот следующие два ключевых прыжка — четверной лутц и тройной аксель — получились с помарками. Посадки были не идеальными, с некоторой неточностью. При более строгом судействе это могло бы привести либо к снижению надбавок за качество, либо к внимательному пересмотру вращения и возможному фиксу недокрута меньше четверти.
Тем не менее по общему впечатлению Гуменник смотрелся весьма собранно: программа уже «вкатана», нет дерганых движений, суеты и нервозности. Перекаты, дорожка шагов, общая композиция — все это выглядело цельно и уверенно.
Непрыжковые элементы и одна заметная помарка
Что касается непрыжковой части, здесь Петр тоже продемонстрировал солидный уровень. Вращения и шаги в целом были выполнены качественно, уровни сложности оказались максимально высокими.
Единственный заметный минус возник на последнем вращении: к концу элемента фигурист немного потерял скорость, и финальная поза буквально на долю секунды «не вошла» в музыку. Для зрителя этот нюанс может остаться почти незамеченным, но для специалиста такая микроосечка говорит о том, что запас по выносливости и хронометражу еще есть куда улучшать.
При этом сам по себе прокат соответствовал именно тому, что обычно называют «рабочим». Не сверхэмоциональный, не гениальный, но ровный и достаточно уверенный, чтобы добавить спортсмену спокойствия перед главным стартом сезона. Учитывая, что задача была протестировать программу и контент под соревновательным давлением, Гуменник с ней справился.
Рекордные 109,05: где заканчивается прогресс и начинается лояльность судей
Главная интрига — это итоговая оценка. Российская судейская бригада оказалась максимально благожелательной. Петру выставили не только лучшие баллы в его карьере, но и абсолютный рекорд России в мужском одиночном катании за короткую программу — 109,05.
В протоколе практически все ключевые элементы получили высокие надбавки, вращения и дорожки шагов были оценены на максимальные уровни. Компоненты — оценка за катание, хореографию, владение корпусом и интерпретацию музыки — не опускались ниже 9,25. Фактически судьи поставили Гуменника на уровень ведущих фигуристов мира, которые столько получают на чемпионатах мира и Олимпиадах.
Именно это и вызывает вопросы. По содержанию и структуре программа Петра действительно одна из сильнейших в России: два разных четверных, сложный аксель, сложная дорожка шагов, эмоционально выстроенная хореография. Он заметно прибавил в выразительности, стал увереннее в скольжении и в целом выглядит зрелее, чем пару сезонов назад.
Но если оценивать прокат именно в том виде, как он был показан в Санкт-Петербурге, и мысленно перенести его на жесткое международное судейство, итоговый балл, скорее всего, был бы ощутимо ниже. Неточные приземления, небольшая потеря темпа в конце программы, потенциальные вопросы по вращению некоторых прыжков — все это на крупных стартах неминуемо режет GOE и компоненты.
Почему такие оценки все равно важны для спортсмена
Несмотря на очевидную лояльность судей и завышенность отдельных компонент, этот результат нельзя целиком списывать на «домашний фактор». Для самого Гуменника рекордные 109,05 — это мощный психологический инъектор уверенности.
Фигурист видит, что способен чисто пройти сложнейший контент в соревновательной обстановке. Он получает подтверждение, что его программа конкурентоспособна по набору элементов и потенциалу оценки. Это ощущение необходимой «планки» — понимание, к чему нужно стремиться и что в теории является достижимым при идеальном прокате.
Кроме того, такой старт помогает тренерскому штабу точнее спланировать подготовку. Видно, на каких элементах существует наибольший риск ошибок, где спортсмен теряет скорость, в какой момент наступает физическая усталость. Все это можно успеть подкорректировать до Олимпиады: пересмотреть тренировочные нагрузки, добавить специальные отрезки на выносливость, немного отшлифовать хореографию, чтобы в концовке не возникало сбоев по темпу и музыке.
Можно ли опираться на этот протокол перед Олимпиадой
Главная проблема такого рекордного проката — в том, что на него нельзя полностью полагаться как на ориентир будущего олимпийского результата. Эти цифры не отражают реальный уровень международного судейства.
Штаб Гуменника прекрасно понимает, что на Играх каждый недокрут, каждая неточная посадка и пятно на льду будут стоить дорого. Там не будет стремления поддержать российского фигуриста «для настроения», напротив — к нему будут относиться особенно строго. Поэтому задача на ближайшие две недели — не радоваться цифре «109,05» как гарантии будущего успеха, а использовать ее лишь как маркер того, что потенциал заложен правильно, но реализован пока не полностью.
Чтобы приблизиться к подобным баллам на международной арене, Петру необходимо:
* стабилизировать четверной лутц и аксель,
* исключить неточные посадки и «дожимания» на дуге,
* сохранить вращения и шаги на максимальных уровнях даже при сильном напряжении,
* доработать концовку программы, чтобы избежать потери скорости и рваного тайминга с музыкой.
Что сейчас реально дает Гуменнику преимущество
При всей критике судейства стоит признать: Гуменник сейчас один из немногих российских одиночников, кто в короткой программе стабильно заявляет два разных четверных прыжка и тройной аксель при сильной непрыжковой части. Это автоматически поднимает его базовую стоимость программы на уровень мировых лидеров.
Важное преимущество Петра — уже накопленный соревновательный опыт выступлений на крупных стартах прошлых сезонов. Он знает, как вести себя на разминке, как справляться с шумом трибун и ожиданием проката в коридоре. В отличие от более молодых соперников, для него Олимпиада не будет абсолютно неизвестной территорией по ощущениям — пусть и в изменившихся условиях.
Еще один плюс — заметный прогресс в артистизме. Если раньше к нему могли быть вопросы по «пустым» отрезкам программы и недостаточной выразительности, то теперь он гораздо лучше чувствует музыкальную фразу, увереннее работает корпусом, добавляет нюансы даже на связках между прыжками. Это важно для компонент, а значит, и для итоговой суммы.
Чем опасна «тепличная» обстановка перед Играми
С другой стороны, подобные «домашние» рекорды несут и определенный риск. Есть опасность поверить в цифры на табло и недооценить ту разницу, которая ждет на международной панели. Если не сделать поправку на уровень лояльности, можно недоработать в деталях: где-то не добить качество приземлений, где-то оставить «чуть-чуть» сырой хореографический переход.
Для фигуриста и тренеров важно честно смотреть на свой прокат, абстрагируясь от итоговой оценки. Видео, техпротокол, детальный разбор каждого GOE и компонента — вот что поможет избежать самоуспокоения. В таком подходе резкий контраст между внутренними и внешними стартам не станет шоком.
Чего ждать от Гуменника на Олимпиаде
С учетом увиденного в Санкт-Петербурге Гуменник подходит к Олимпиаде с довольно мощным набором козырей:
* сложнейший контент с двумя четверными,
* уже «прокатанная» короткая программа,
* высокий потенциальный потолок по баллам,
* уверенность после удачного старта.
Но одновременно у него остается и зона риска: нестабильность на отдельных прыжках и необходимость выдержать высочайший уровень качества на фоне предельного нервного напряжения. Если Петр сумеет хотя бы приблизиться по чистоте исполнения к тому, как он выступил на турнире памяти Грушмана, но уберет помарки на приземлениях, его шансы на яркое выступление на Играх будут весьма высокими.
Рекорд, установленный в Санкт-Петербурге, — это не объективная оценка его места в мировом фигурном катании, а скорее демонстрация потенциала. Домашняя поддержка судей, безусловно, помогла цифрам на табло, но не отменила главного: Гуменник действительно выходит на новый уровень сложности и уверенности. Вопрос лишь в том, удастся ли ему перенести этот «домашний» максимум на олимпийский лед, где судить будут уже совсем по другим меркам.