Поговорил с Дарьей Непряевой уже после финиша скиатлона на Олимпиаде‑2026 — и, несмотря на непростую гонку, от нее шла не усталость, а уверенное спокойствие. 23‑летняя лыжница — единственная представительница России в женских лыжных гонках на этих Играх и фактически главный символ нашего возвращения на большой снег.
Первая олимпиадная гонка для Даши получилась нервной и местами жестокой: она хорошо вкаталась в классический отрезок, держалась недалеко от лидирующей группы, но сумасшедший стартовый темп мировых звезд оказалось трудно выдержать. А затем все перечеркнул эпизод на спуске — падение, которое выбило из ритма. В протоколе — 17‑е место из 70 участниц. Для кого‑то это разочарование, но для дебютантки международного сезона — важная ступенька. Впереди у нее еще три старта на Играх, и сама Непряева настроена идти по возрастающей.
До трассы я добирался шесть часов из Милана, по серпантину в сторону гор — хотелось увидеть, как российский флаг снова появляется в списке участников, и живьем прочувствовать атмосферу первого старта Даши на олимпийске. И я оказался далеко не единственным россиянином на трибунах. На одном из поворотов трассы выделялся яркий фан‑сектор в цветах сборной Татарстана — региона, который Непряева представляет в национальных соревнованиях. Флаги, куртки, шапки — вся эта символика здесь официально разрешена, и она создавала ощущение, что это почти домашний старт.
Когда мы встретились уже после финиша, Даша удивила: вместо раздражения или слез — открытая улыбка и готовность спокойно разобрать гонку по полочкам. Она без ухода от острых вопросов рассказала о самочувствии, адаптации, конкуренции и реакции на россиян за пределами страны.
«Атмосфера сумасшедшая, мне еще нигде так не было, — признается она. — Болельщиков очень много, шум постоянно стоит над трассой. Чувства смешанные: с одной стороны, праздник, адреналин, искренная поддержка, с другой — по состоянию сегодня было очень тяжело. Особенно на классике все время приходилось бороться не только с соперницами, но и с самой собой».
На вопрос, почему именно сегодня организм дал такой отклик, Непряева только разводит руками:
— Честно, сама не до конца понимаю. Хочется списать на акклиматизацию, на нагрузку, но ведь накануне, когда делала проработку, чувствовала себя более‑менее нормально. А сегодня встала — и как будто все не так: ноги не те, дыхание не то. Надеюсь, в следующих гонках все будет легче, потому что сейчас ощущения от тела были… ну, откровенно говоря, ужасные.
Впрочем, даже в такой день нашлась светлая часть — и она не только в результате.
— Эмоции у тебя «50 на 50». А что в плюсе?
— Болельщики. Их очень много, и они не просто «общие», а именно мои — и Савелия, — улыбается Дарья и снова кивает в сторону трибун. — Там целый сектор из Татарстана, это мой любимый регион, он всегда за меня горой. Приехали даже на главный старт четырехлетия, чтобы просто стоять на трассе и кричать мое имя. Это дает такую мощную подпитку, что хочется терпеть до последнего. Усталость на секунду отступает, когда слышишь, как тебя зовут.
Поворотным моментом скиатлона стало падение:
— Что именно произошло на том злополучном спуске?
— Все шло ровно, я держала траекторию, но на одном участке под лыжу попала каша — разбитый рыхлый снег. Лыжу повело в сторону, потеряла равновесие и уже не успела вырулить. Упала — и в голове будто щелкнуло. Этот момент окончательно выбил меня из колеи. Потом на коньковом ходе пыталась собраться, вернуться в свой ритм, работать вместе с группой, но потерянные секунды и выбитый настрой все равно чувствовались.
17‑е место Даша оценивает жестко, но честно:
— Если смотреть объективно, заехать в десятку — было бы очень здорово. Попасть в топ‑15 — тоже хороший результат. Семнадцатое для меня — это что‑то среднее: удовлетворительно. Если бы ставила себе оценку за сегодняшний скиатлон по школьной системе, это была бы твердая «тройка».
При этом даже в неудачном дне нашлось место самоиронии:
— У тебя 17‑е место, и стартовала ты в 17‑м бибе.
— Да, сегодня я официальная легенда № 17, — смеется Непряева.
На вопрос, не хочется ли на следующую гонку первый стартовый номер, она отвечает с иронией, но без завышенных ожиданий:
— Конечно, звучит красиво — стартовать под единичкой. Но давайте будем реалистами — вряд ли мне его дадут. Хотя мечтать не запрещено.
Тема медалей возникает сама собой. Насколько вообще реально бороться за призы в такой конкуренции, учитывая вынужденный перерыв России в международных стартах?
— Шансы есть всегда. Это Олимпиада, тут может случиться что угодно: кто‑то не выдержит темпа, кто‑то заболеет, кому‑то повезет с лыжами. Но я очень трезво смотрю на свои текущие возможности. Сейчас я объективно не готова навязывать борьбу лучшим лыжницам мира — в первую очередь из‑за недостатка опыта. Возраст, количество стартов на высоком уровне, привычка к этим скоростям — все это играет роль.
По сути, нынешний сезон для Даши — полноценный международный дебют. И сразу — Олимпиада.
— Это мой первый серьезный год в международных гонках. Я считаю, что для дебюта выступаю вполне достойно. Нельзя с нуля влететь в Кубок мира и Олимпиаду и тут же стабильно бороться за медали. Нужно время. Я набираюсь опыта, постепенно добавляю в скорости, в тактике. Все должно идти ступенька за ступенькой.
Главное открытие для нее — насколько российские старты отличаются от мировых, особенно по динамике масс‑стартов:
— Отличия колоссальные. Практически все масс‑старты здесь начинаются с запредельно высокого темпа. У нас в России так редко бегут, как бы кто ни утверждал обратное. Да, у себя дома у нас есть сильные девчонки, есть та же Алина Пеклецова, которая часто уезжает вперед. Но уровень стартовой скорости здесь другой. И на равнинах, и на спусках темп гораздо выше, плотность группы другая. Сравнивать это напрямую с российскими гонками просто нельзя.
Она приводит конкретный пример:
— Я уже чувствовала это и в Гомсе, и здесь. Самое сложное — вообще зацепиться за главную группу. Только начинаю потихоньку подбираться — и тут же кто‑то начинает протяжку, добавляют ход, появляются «дырки». Затирать их, подтягиваться — это колоссальный расход сил. К моменту, когда вроде бы выбираешься вперед, внутри уже все горит. Это не то, к чему мы привыкли дома.
Мы говорим о подготовке: можно ли, оставаясь в России и тренируясь исключительно на внутренних стартах, быть полностью готовой к такому уровню соперниц?
— Морально я к этому была готова, — говорит Непряева. — Меня заранее предупреждала сестра, Наташа. Говорила: «Дарья, там совершенно другой мир: другое поведение в группе, другие скорости, другие тактические решения». Я слушала, но до конца не верила — пока сама не вышла на старт. И да, оказалась права именно она.
При этом предыдущий опыт семьи вселяет уверенность. Старшая сестра Дарьи, Наталья Терентьева (в прошлом — Непряева), проходила похожий путь:
— Я смотрю на Наташу как на пример. В ее первый международный сезон она тоже где‑то была шестой, восьмой, десятой. На следующий год уже стабильно держалась в топ‑5, а еще через один стала одной из реальных претенденток на медали. Путь был не мгновенный. Поэтому я и не жду чуда прямо сейчас. Главное — почувствовать этот уровень, не бояться, набирать километраж и уверенность. Наташа всегда на связи, делится опытом Олимпиад, подсказывает в мелочах — а в нашем виде спорта именно мелочи часто решают все.
Отдельная тема — отношение иностранных спортсменов к россиянам. Вопрос неизбежный, но ответ Дарьи далек от драматизации:
— Лично у меня с иностранками очень хорошие отношения. Да и у Савелия Коростелева тоже. Мы не держимся обособленно, здороваемся, общаемся на разминке, можем перекинуться парой фраз перед стартом. Никакого открытого негатива я не чувствовала. Наоборот, многие относятся очень доброжелательно.
Она признается, что ожидала более настороженной реакции, но реальность оказалась другой:
— До приезда сюда я тоже слышала, что к нам якобы относятся предвзято, что будет холодное игнорирование. На деле все иначе. Скандинавки часто подходят, спрашивают про трассы в России, про погоду у нас, интересуются, как мы тренируемся. Некоторые даже признаются, что скучали по конкуренции с нашими спортсменками. Говорят, что для них это дополнительный стимул.
По словам Непряевой, ей даже доводилось слышать комплименты в адрес России и российской школы лыжных гонок:
— Одна из норвежек сказала, что именно наши лыжницы всегда умели терпеть и держать темп там, где другим уже тяжело. Для меня это было очень приятно: когда спортсменка из такой сильной сборной отмечает твой характер и традиции твоей страны — это дорогого стоит.
Даша понимает, что на ее плечах сейчас не только личная карьера, но и определенная миссия — разрушать стереотипы о России и о российских спортсменах:
— Я здесь не для того, чтобы что‑то доказывать всем и сразу, но, конечно, хочется, чтобы на нас смотрели как на обычных людей и честных соперников. Я стараюсь быть открытой, уважительной, и в ответ получаю то же самое. Через такие маленькие человеческие контакты и ломаются мифы. Люди видят не образ из новостей, а живую девушку, которая так же устает, так же переживает перед стартом и так же любит свой спорт и свою страну.
При этом давление статуса «единственной россиянки» в заявке она старается не драматизировать:
— Да, я понимаю, что для кого‑то я сейчас «та самая единственная». Но на дистанции ты об этом не думаешь. Там есть только трасса, лыжи, пульс и задача сделать максимум, на который ты способна. Если начать постоянно помнить о том, что на тебе какие‑то глобальные символы, можно просто перегореть. Я об этом вспоминаю только, когда подхожу к фан‑сектору, когда слышу русскую речь. Тогда становится особенно тепло.
Что дальше? Планы на оставшиеся старты Дарья формулирует максимально прагматично:
— Мне нужно не гнаться за чужими ожиданиями, а честно отталкиваться от своего текущего состояния. Цель — каждый следующий старт провести лучше предыдущего. Пусть это будут не обязательно места в протоколе, а ощущения от гонки: чтобы я сама по финишу могла сказать, что выложилась и сделала шаг вперед — в тактике, в умении держаться за группой, в работе на спусках.
Она отдельно вспоминает падение еще и как урок:
— Буду больше внимания уделять именно таким участкам — где снег разбивается, где трасса меняется по ходу гонки. Это вопрос не только техники, но и концентрации. На Олимпиаде нельзя позволять себе ни секунды расслабления, особенно на спусках. Этот эпизод я запомню надолго.
Важно и то, как Непряева встраивается в командную историю. Хотя официально она одна в женской заявке, на самом деле чувствует плечо партнеров по сборной и штаба:
— Мы тут все одной маленькой командой. Да, у нас не самый большой состав, но это даже помогает: каждый за каждого переживает по‑особенному. Тренеры, сервис, ребята — все стараются, чтобы я выходила на старт в максимально комфортных условиях. Это чувствуется и добавляет уверенности.
Еще одна особенность этого Олимпийского цикла — психологическая. За несколько лет вне мирового календаря многие российские спортсмены привыкли соревноваться кругом «своих», а теперь снова нужно переключать голову:
— Ментально это, пожалуй, самое сложное. В России ты примерно знаешь всех соперниц, их привычки, сильные места, тактики. Здесь — постоянно новые лица, новые стили ведения гонки. Кто‑то спокойно начинает и взрывается в конце, кто‑то наоборот сразу давит. К этому нужно адаптироваться, и здесь опыт бесценен.
При этом Дарья прекрасно понимает: ее сегодняшнее 17‑е место — лишь один маленький фрагмент большой карьеры.
— Я не хочу зацикливаться на цифрах. Да, результат важен, но куда важнее — видеть прогресс внутри себя. Если через год‑два я стану регулярно бороться за топ‑5 на Кубках мира, тогда можно будет сказать, что этот сложный первый сезон прошел не зря. Сейчас — фундамент.
В завершение разговора Непряева снова оборачивается к трибунам — к своему татарстанскому сектору, к российским флагам, к тем, кто шесть часов ехал по горам, чтобы просто крикнуть ей на трассе «Даша, давай!»
— Ради этих людей, ради семьи, ради России хочется становиться сильнее. Пусть сегодня это только 17‑е место, но я уверена, что оно будет одним из тех ступенек, через которые я поднимусь намного выше.
Дарья уходит в сторону командного шатра — разбирать лыжи, обсуждать с тренерами разбор гонки и уже мысленно настраиваться на следующую дистанцию. Ее Олимпиада только начинается, а вместе с ней продолжается и тихая, но важная работа: возвращать российским лыжам место среди сильнейших и показывать миру, что за нашим флагом по‑прежнему стоят упорство, характер и умение идти до конца, даже если день выдался далеко не идеальным.